Кривой Рог новости
Заметки неблагодарного пациента
30.06.2012 19:16 | Здоровье

Заметки неблагодарного пациента

Наша память избирательна и, прежде всего, оставляет нам позитивные воспоминания. И если бы это были не заметки, а записки, то негативных примеров было бы больше. А так — только самые яркие. Но о негативном позже. Прежде всего, благодарю всех, кто спас мне жизнь. Моим коллегам и незнакомым людям, спасавшим меня в фойе ДК ЦГОКа. Врачам «скорой помощи», которые приехали на вызов быстрее, чем его принимала и записывала диспетчер. Врачам 16-й, а потом 5-й горбольницы, куда меня в конце концов определили. Кардиологу Ирине Радченко и лечащему врачу Ирине Клис, которые боролись с моим недугом в первые, самые сложные сутки в 5-й больнице. Врачам и медсестрам в неврологическом отделении (ЦВО) 2-й горбольницы. Хотя к ним есть у меня немало претензий. Моей семье, родственникам, друзьям, знакомым, коллегам. И на удивление — некоторым чиновникам тоже спасибо.

Три недели пребывания в стационаре 2-й горбольницы показались мне вечностью. Лечение под пытками — так я называю этот период моей жизни. Нет, никто мне не загонял иголки под ногти и не зажимал пальцы в двери. Пыткой оказывается само пребывание в некогда передовом лечебном учреждении. Ему, если память не изменяет, уже четверть века или что-то около. Такого же возраста мебель и матрасы. О, больничные матрасы! Продавленные тысячами пациентов, больше похожие на переметную суму. Когда я потребовал другой матрас, мне принесли и постелили два. Но мягче не стало, потому что вата в больничных матрасах только в ногах и в головах.

В разваливающихся тумбочках нагло пасутся тараканы, которых я не видел уже лет десять. На замечание убрать вещи с тумбочки в ящик я попросил очистить и вымыть этот ящик. И вы знаете, его очистили и помыли! При этом помыть второй даже не подумали!

Безвкусная еда, влажная уборка с использованием какой-то вонючей гадости, один общий (!) туалет на две палаты, мужскую и женскую — все это считается в порядке вещей и мало кого удивляет. Главное, чтобы больные вели себя тихо, не высказывали претензий и вовремя оплачивали свое лечение.

 

Там нас называют больными, а не пациентами. Не надо мне в гнетущей обстановке реабилитационной палаты постоянно напоминать о моем состоянии — это тоже психотерапия. И я не больной, я выздоравливающий. Но в «тысячке» удивились: «А какая разница?!». Удивляются там и желанию пациента помыться: «А зачем?»

Отбыв трехнедельный срок в стационаре ЦВО, я написал заявление, и меня отпустили. Дома лечение, почти без таблеток, пошло гораздо быстрее. И не надо мне никаких антидепрессантов, как советовала завотделением Елена Ежеменская. После общения с нашими медиками не антидепрессанты, а успокоительное надо принимать.

В поликлинике 5-й горбольницы тоже удивлялись. «Почему у вас карточка такая тощая?» Да потому, что мне последние 20 лет не нужен был больничный, и я сюда не приходил. Не пришел бы и в этот раз, но, выписывая меня на амбулаторное лечение, мой лечащий врач Андрей Ксензук сказал: «Будете наблюдаться у невропатолога по месту жительства. Правда, его там нет, так что обратитесь к терапевту. — То есть к семейному врачу? — Ну, что-то вроде того».

Терапевт Ирина Мещерякова, а потом завотделением Жежер при первой встрече долго выясняли, почему я пришел в понедельник, а не в субботу или в воскресенье. То есть решали, продлевать мне больничный или нет. Сошлись на том, что в выходные меня никто бы не принял, и больничный продлили. Терапевт сначала долго переписывала принесенный мною эпикриз, и лишь минут через 20 поинтересовалась моим самочувствием и решила измерить давление и послушать сердце. И всякий раз я на приеме терпеливо ждал, пока она перепишет что-то на листочек и вклеит его в карточку. Как и чем мне лечиться, я так и не узнал.

Мои родные долго не говорили мне, во что семье обошлось лечение и в какие долги мы влезли. Но когда управление труда и соцзащиты в конце мая выплатило материальную помощь в размере одной тысячи гривень, я наконец-то узнал, что это лишь десятая часть наших затрат.

В общем, непосредственное и тесное знакомство с нашим здравоохранением в области, которая названа пилотной в проведении медицинской реформы, убедили окончательно: реформа здравоохранению нужна как воздух, только ею никто не занимался и заниматься не собирается. За четыре месяца вынужденного безделья я насобирал в Интернете столько информации о так называемой реформе, что ее хватило бы на книгу под названием «Чиновники шутят».

Ну вот как понимать недавнее радостное сообщение пресс-службы облгосадминистрации? Может, вы поймете: «С целью комфортного пребывания в одном медицинском учреждении пациентов разной возрастной категории и состояния здоровья, в каждой амбулатории будут разграничены кабинеты терапевтов, педиатров, акушеров-гинекологов и узкопрофильных специалистов. Это позволит избежать одновременного пребывания в очереди детей, взрослых, беременных женщин».

Последнее предложение надо громко зачитывать в бывшем детском отделении поликлиники 5-й горбольницы. Чтобы слышали «дети, взрослые и беременные женщины» (как будто есть беременные мужчины), находящиеся в одной очереди — пусть правильно понимают происходящее.

Хотя бы так, как его понимает криворожский городской голова: «Первые месяцы реализации пилотного проекта медицинской реформы в Кривом Роге показали, что опасения и критические замечания, которые звучали в ее адрес на старте, не имели под собой почвы». Хорошего матраса в больничной палате они под собой не имели, а не почвы!

Экс-министр здравоохранения Юрий Гайдаев раскритиковал медицинскую реформу, назвав ее «сомнительным экспериментом». «По-моему мнению, в Украине сегодня проводится не реформа, а эксперимент с сомнительным конечным результатом. Говорить о каких-то улучшениях не представляется возможным без надлежащего финансирования. А этого финансирования нет. Все, что нужно государству, это вкладывать деньги в медицину и следить за тем, чтобы они рационально использовались», — заявил Гайдаев в печати. И я с ним согласен.

Депутат Днепропетровского облсовета Виктория Шилова называет медицинскую реформу «чумой». По ее данным, 95 процентов жителей области категорически против реформы в таком виде: она не только не приблизила медицину к людям, а наоборот отдалила. И этого не замечают разве что местные чиновники.

После финансов другой неразрешимой пока проблемой остаются кадры. То, что семейного врача, о котором сегодня так часто говорят, просто не существует, признают даже в Минздраве. Как и существование коррупции в здравоохранении, поскольку врачу на нынешнюю зарплату прожить трудно. Это если не оправдывает взяточничество и поборы, то хотя бы их объясняет. А как объяснить такой факт. Во время визита премьер-министра в Кривой Рог по случаю открытия кабинета-квартиры семейного врача (единственного, пожалуй, дипломированного специалиста) одна из врачей 4-й горбольницы сказала ему, что у нее зарплата три с половиной тысячи гривень. Что, как вы понимаете, далеко от правды. Но даже на это холопское заявление премьер заметил: «Маловато».

Как сообщает пресс-служба горисполкома, до конца 2012 года запланировано подготовить в городе 60 медицинских сестер общей практики-семейной медицины, которые «вместе с семейными врачами смогут улучшить качество медицинской помощи населению города. Все эти мероприятия проводятся для того, чтобы криворожане получили более качественную, своевременную и доступную медицинскую помощь».

Видел я студенток-практиканток во 2-й больнице. Точнее, возили они меня на каталке на рентген. Почти час мы дожидались этой процедуры на сквозняке на первом этаже, пока я не стал кричать, что накатаю жалобу в горздрав. Угроза, на удивление, подействовала. Как я узнал об этом уже дома, мои друзья и коллеги действительно подняли на ноги всех, от больницы до горздрава. И персонал «тысячки» об этом знал и смотрел на меня искоса. Поэтому угроза подействовала, и мне в течение минуты сделали рентген. Девочки-студентки ждали процедуры терпеливо — для них главное, чтобы время поскорее прошло.

Вице-премьер-министр Украины — министр здравоохранения Украины Раиса Богатырева недавно заявила, что «правительство вместе с руководством областей реализуют мероприятия, направленные на оптимизацию медицинской отрасли, совершенствование механизмов финансирования. Но этого не достаточно — необходимы глубинные изменения».

Куда уж глубже, если, по признанию регионала Коновалюка, «украинская система здравоохранения достигла дна». Но Богатырева о своем: «Реформы в медицинской сфере должны быть человечными. Они осуществляются для людей и ради людей. И чтобы получить у общества не только понимание, но и поддержку, нужно проводить системную разъяснительную работу, объяснить цели, задачи и сроки изменений, которые должны произойти в этой сфере». Оказывается, объясняют нам неправильно, вот и не понимаем мы «сути реформ». В период лечения меня очень потешило еще одно заявление министра: что восстановление госконтроля за ценами на лекарства — это восстановление социальной справедливости. И что за дорогие лекарства у аптек будут отбирать лицензии. Было бы сказано.

Пока чиновники из высоких кабинетов ищут оправдания провалу реформы, ее исполнители изъясняются проще. Например, завотделением Ежеменская говорит своим врачам в присутствии пациентов: «Не жалейте деньги больного!» В смысле выписывайте ему лекарства подороже. Не знаю, как с другими, а со мной именно так и было.

Покидая стационар и прощаясь с медперсоналом (низкий поклон вам, сестрички!), я не удержался и спросил о реформе здравоохранения. «Не реформу так называемую, без всякой подготовки, надо было затевать, а финансирование больниц и скорой помощи улучшить. Вот и вся реформа!» — услышал я в ответ.

Олег Павлов. «Вестник Кривбасса»

Источник: krivbass.in.ua

Добавить коментарий
Войти через:
Логин
Пароль
Забыли пароль? | Регистрация